От угона надо отличать кражу автомобиля именно с целью его присвоить. Если автомобиль стоит более 250 000 руб., это крупный размер ущерба, за что предусмотрены до шести лет лишения свободы, штрафы до 500 000 руб. и другие санкции (ч. 3 ст. 158 УК). Если машину оценят в 1 млн руб. или дороже, это будет особо крупный размер ущерба и штраф до 1 млн руб. (ч. 4).
Иногда на практике возникают трудности в разграничении угона и кражи, отмечает адвокат КА Антон Киреев. На это указывал и депутат Олег Нилов, который несколько лет назад предлагал признать утратившей силу ст. 166 об угонах. По его мнению, одни и те же действия могут трактовать по-разному в зависимости от того, успел ли злоумышленник реализовать автомобиль. А если не успел, то это обычно угон без цели хищения, указывал Нилов. Впрочем, своего он не добился, статья до сих пор действует.
Юристы несогласны с Ниловым. Разница состоит в направленности умысла: хотел ли преступник ее изъять или временно завладеть, объясняет руководитель практики уголовного и административного права Любовь Шебанова. Доказать умысел сложно, но это можно сказать про любое дело о хищении, отмечает она. А еще нередко одни намерения перерастают в другие. Например, человек решил покататься на брошенной машине без сигнализации, покатался, а затем решил разобрать по запчастям и продать. Такие действия будут безусловно квалифицированы как хищение, по результату и преступным последствиям, говорит Шебанова.
Как указывал депутат Нилов, конкуренция двух статей может приводить к тому, что преступники получат более мягкое наказание. Но это не так-то просто. Угон считается оконченным с момента начала движения транспортного средства либо перемещения транспортного средства с места, на котором оно находилось (п. 20 Постановления Пленума ВС от 09.12.2008 № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения»). Хищение окончено с момента, когда преступник получил возможность распорядиться имуществом по своему усмотрению.
Если человек угнал машину с целью вернуть ее потом владельцу за вознаграждение, это тоже хищение (п. 27 Постановления Пленума ВС от 09.12.2008 № 25).
Поначалу для собственника нет разницы между хищением и угоном, он в любом случае остается без автомобиля. А вот для реализации его прав в дальнейшем (вопрос о возмещении ущерба, определении объема и вреда) правильная квалификация имеет огромное значение.
Полезны могут быть допросы свидетелей, которые бы подтвердили, что часто видят этого человека за рулем разных машин, анализ денежных средств по счетам, неизвестные источники поступления средств, их несоответствие официальному заработку, добавляет ведущий юрист Олег Черкасов.
Недостаточно просто заявить, что «сел за руль покататься» или «залез в автомобиль погреться», если при тебе дорогостоящее оборудование для взлома охранной системы и блокировки спутникового сигнала охранного блока автомобиля, а сам он оценивается в несколько миллионов рублей.
«Если на законное требование вернуть автомобиль последовал отказ, у собственника появляется право обратиться в правоохранительные органы», — комментирует Киреев.
А вот Шебанова считает, что иногда возможна квалификация действий как самоуправство (ст. 330 УК, арест до шести месяцев и другие санкции), но чаще всего эти вопросы решаются в гражданском порядке с помощью иска об истребовании имущества из чужого незаконного владения.
Если собственник автомобиля добровольно передает в пользование автомобиль, а потом с целью «насолить» сообщает об угоне, то, если неправомерное завладение будет опровергнуто, такому заявителю самому грозит привлечение за заведомо ложный донос, отмечает Шебанова.
В этом деле важно, что угонщик забрал машину со стоянки. Если машину вручают для ремонта или перегона без официального договора или поручения, это не угон, поскольку передача права владения происходит добровольно, уточняет Шебанова.
В то же время, если корыстный умысел возник до того, как человеку передали машину, речь не об угоне, а о хищении путем обмана, то есть мошенничестве, уточняет Киреев. Если умысел возник после передачи транспортного средства, то это может быть кража (если была корыстная цель) или угон (если ее не было).
Частный случай — когда при попытке завести автомобиль не было обстоятельств, характерных для кражи, а человек не смог завести автомобиль или привести в движение по независящей от него причине. Тогда, исходя из обстоятельств дела, действия заподозренного могут определить как покушение на угон или умышленное уничтожение или повреждении имущества. Во втором случае уголовное наказание предусмотрено только в случае причинения значительного ущерба имуществу, говорит Киреев. По словам адвоката, это оценочный признак: суд учитывает не только стоимость и значимость имущества для потерпевшего, но и его финансовое положение, источник доходов, общий доход членов семьи и так далее. Например, незначительны повреждения, оцененные в 20 000 руб., если потерпевший получает 150 000 руб. в месяц, приводит пример Киреев.
А еще не будет преступлением действие, совершенное при крайней необходимости. Например, если машину взяли без согласия собственника, чтобы доставить тяжелобольного в больницу для спасения его жизни, приводит пример Черкасов.
Иного мнения оказался Конституционный суд. Угонщик нарушает право собственности: лишает законного владельца возможности обеспечивать сохранность машины. Следовательно, именно угонщик принимает на себя ответственность за последующую судьбу автомобиля вплоть до возврата его собственнику или привлечения к ответственности того, кто его украл, говорится в постановлении.