В рамках дела о банкротстве «Богородского муниципального банка» (№ А41-90487/2015) управляющий потребовал привлечь к субсидиарной ответственности бывших руководителей банка. В список попал бывшый зампредправления банка Михаил Первушин, который также входил в состав кредитного комитета и которому принадлежало 4,5% в капитале.
Суды решили, что Первушин имел возможность влиять на принимаемые банком решения на всех уровнях, однако он не выразил несогласие с принимаемыми решениями и не вышел из состава правления и кредитного комитета. При этом он одобрил несколько «заведомо невозвратных» кредитов на сумму в 5 млн руб.
Также судьи обратили вниимание, что весной 2015 года Первушин три недели исполнял обязанности председателя правления банка. На тот момент организация уже столкнулась с проблемами, а значит, Первушин должен был предпринять меры по предупреждению банкротства: уведомить ЦБ и обратиться в совет директоров кредитной организации с ходатайством о санации. Но он этого не сделал, а значит, должен понести субсидиарную ответственность.
В своей жалобе в Верховный суд Первушин обратил внимание, что ушел из банка в апреле 2015-го – за семь месяцев до отзыва лицензии. По мнению бывшего менеджера, к банкротству банка привели сделки, совершенные после его ухода – в том числе ссуды юридическим лицам на сумму более 1 млрд руб. и кредиты физлицам на ту же сумму, выданные за месяц до отзыва лицензии. Кроме того, когда Первушин исполнял обязанности предправления, у банка отсутствовали финансовые трудности.
Заявитель также отмечает, что как заместитель председателя правления он не имел права подписи договоров и финансовых документов – у него не было на это необходимых доверенностей. В силу занимаемой должности и трудовых функций Первушин курировал департамент операций на финансовых рынках, отдел валютного контроля, управление информационных технологий и службу управления рисками. Все это – подразделения, деятельность которых не связана с причинами банкротства, уверен заявитель.
Экономколлегия проверила доводы жалобы и отменила решение о привлечении Первушина к субсидиарной ответственности. Фактически суды привлекли его только за то, что он входил в круг контролирующих должника лиц. «Однако законодательством о несостоятельности не предусмотрена презумпция наличия вины в доведении до банкротства только лишь за сам факт принадлежности ответчику статуса контролирующего лица», – напомнил ВС. Возвращенные кредиты нельзя вменить контролирующему лицу как сделки, приведшие к банкротству должника – ведь они не причинили банку вреда. Кроме того, сделки на 5 млн руб. «не могут являться существенно убыточными с точки зрения масштабов деятельности кредитной организации».
В ситуации, когда размер причиненного вреда не соотносится с деятельностью должника и не способен привести к его банкротству, суд вправе самостоятельно переквалифицировать требование о привлечении к субсидиарной ответственности в требование о возмещении убытков, напомнил также ВС.
С учетом этих разъяснений, экономколлегия направила дело о «субсидиарке» для Первушина на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.